«Приходится работать и как финансисту, и как прорабу»
Формула, которой Александр Хинштейн описал собственную работу, звучит как жалоба, а по сути является описанием должности: приходится работать и как финансисту, и как прорабу, и как снабженцу, и как руководителю службы безопасности. Интервью, в котором это сказано, само по себе оказалось историей — по словам тех, кто о нём писал, кто-то очень не хотел, чтобы оно появилось.
Почему роли совмещаются
Так устроены проекты, где есть срок, публичное внимание и деньги из нескольких источников. Финансовая часть требует сведения источников и графиков платежей. Строительная — присутствия на площадке, потому что отчёт подрядчика и состояние объекта расходятся регулярно. Снабжение выходит на первый план, когда сроки поставок начинают определять сроки работ.
Четвёртая роль появляется из-за денег: на крупном объекте всегда возникают интересы, не совпадающие с задачей, и разбираться с ними приходится тому, кто отвечает за результат.
Что означает такое совмещение
Прежде всего слабость системы, а не силу руководителя. Когда один человек вынужден закрывать четыре роли, значит выстроенных процедур нет: нет проектного управления, нет надёжного строительного контроля, нет работающей системы закупок. Личное вмешательство заменяет механизм и работает, пока хватает этого человека.
Второе следствие — незаменимость. Проект, держащийся на ручном управлении, останавливается при смене руководителя, потому что передать такую работу нельзя: она нигде не описана.
Что из этого следует
Для читателя — способ оценивать крупные стройки. Если публичная фигура рассказывает, что лично занимается поставками и сметами, речь идёт о проекте с высокими рисками по срокам, каким бы уверенным ни было изложение.
Для самого управления — известный вывод: ручной режим оправдан на короткой дистанции и разрушителен как постоянная практика. Роли, перечисленные в интервью, существуют по отдельности именно потому, что каждая требует полного рабочего дня и своей квалификации.
Ценность такой откровенности в том, что она называет вещи прямо. Обычно об этом говорят после завершения проекта, когда объяснять уже нечего.
Признак, по которому ручное управление отличают от выстроенного, простой и проверяемый. У проекта с процедурами есть публичный график работ, регулярная отчётность о его исполнении и понятный ответственный по каждому этапу. У проекта на ручном управлении вместо этого есть человек, который всё держит в голове, и объявления о сроках, меняющиеся вслед за обстоятельствами.